Category: политика

Category was added automatically. Read all entries about "политика".

El juez Garzón

Привет любителям Госплана

Доразсуждался я здесь, понимаешь.

Перед сообществами людей время от времени встают какие-то проблемы. Эти проблемы имеют способы решения, оптимальные для наличного уровня техники и организации и имеющихся ресурсов с точки зрения соотношения затраты/результаты. К примеру, купцам и крестьянам нужно переправляться через реку с товарами. Можно использовать лодки, паром или мост. Будем условно считать, что развитие переправы начинается с лодок как со способа с минимальным порогом входа, далее следует к парому и завершается мостом как оптимальным методом. То есть, развитие способов решения проблем следует в направлении общественно выгодного оптимума. Отметим, что минимизация общих затрат происходит по двум сценариям, а именно как следствие массовой минимизации затрат индивидуальных, или по схеме "богатые платят за бедных". Работоспособны оба варианта, что подтверждается практикой.

Будем исходить из того, что для каждой проблемы существует доступный в реальной ситуации оптимум, и что стремление к этому оптимуму выгодно как отдельным акторам, так и обществу в целом - иначе какой же это оптимум?

Теперь посмотрим на государство как на аппарат насилия. Насилие, по определению, что-то навязывает обществу. Навязывать то, к чему общество стремится само, нет смысла. Значит, аппарат насилия всегда уклоняет общество от его естественных склонностей. Таковые же склонности постепенно ведут общество к оптимальным способам решения проблем. Значит, насилие всегда уводит от оптимума. Вывод: государственное регулирование уводит общество от оптимизации решений - или оно случайно действует совпадающе с тем, к чему общество стремится само, и в таком случае это регулирование не нужно. Оно либо вредно, либо безполезно.

Предположение, что государственное регулирование способно ускорить движение к оптимумам, то есть помогает выиграть время, ошибочно. Перераспределение ресурсов возможно лишь за счёт отказа от стремления к оптимумам в одних случаях ради других. Но стратегия выбора между оптимумами тоже имеет свой оптимум, для стремления к коему насильственное вмешательство лишь вредно - как и во всех иных случаях.

Если постоянно пинать систему полицейским сапогом, в состояние равновесия она не войдёт.

Собственно, всё. Привет, Госплан. И прощай. Не один только Госплан, конечно. Всем стейтистам большой привет. Заведомо неоптимальные решения это не то, что может оправдать государственное регулирование.

____________

Во имя простоты и ясности.

Предположим, что Вы захотели в туалет. Встали и пошли в туалет. Пока всё хорошо. Но в этот момент Вас схватили полицейские и потащили в туалет. Вам это нужно? Едва ли. А если они потащили Вас не в туалет, Вам это нужно? Ещё в меньшей степени, надо полагать.

Силовое вмешательство в общественно полезные процессы либо вредно, либо не нужно.
El juez Garzón

Волшебник Гудвин о путинизме

У современного путинизма имеется характеристика, хорошо заметная по реакции системы на гражданский протест. Формально выход на улицу нескольких тысяч граждан не угрожает политическому правлению совершенно никак. С некоторой точки зрения было бы лучше позволить гражданам "выпускать пар", одновременно демонстрируя властям, кто на что способен в публичной области - для взятия "на карандаш". Допускаю, что предложения о подобной стратегии вносились, но были отвергнуты, или с какого-то времени были отвергнуты. Причина того проста и заключается в ключевом Правиле россиянской политической жизни, выраженном в кинофильме "Брат-2" словами: "Такими деньгами не рискуют". Поэтому реакция власти на выползшего на двор оппозиционера с фонариком равносильна реакции домохозяйки на выползшего из угла таракана с усами: "Тапком бей!" Сей подход характеризует путинизм как систему простую. Это надёжная, но притом очень несложная вещь.

Нетрудно предположить, что усложнение внешних вызовов способно сыграть с простой системой злую шутку. В какой-то момент она может оказаться неспособной адаптироваться. Это опасность не сегодняшнего и, надо думать, не завтрашнего дня. Однако рано или поздно она обязательно проявится. Я даже могу сказать, откуда именно придёт угроза - от роста численного и экономического влияния нерусских этнических группировок. Со временем по крайней мере некоторые из них вырастут из путинизма и предъявят свои права на большее. Система имела бы больше шансов на выживание в долгосрочной перспективе, если бы заранее начала адаптироваться к пусть пока пребывающему в отдалении, но совершенно неизбежному вызову. Адаптироваться может лишь достаточно сложная система, поэтому вопрос стоит, в первую очередь, о том, как вложить в чугунную голову путинизма хоть немного мозгов? Сделать это сложно, но только не если Вы волшебник Гудвин. Который, напомню, был никакой не волшебник, а всего лишь ярмарочный фокусник. Однако он понимал, что иногда достаточно лишь дать людям то, что у них и так есть - просто из своих рук.

В настоящее время система взаимодействия путинцев с этническими группировками проста как валенок, имеет явные признаки мафиозного сообщества и наилучшим образом видна на примере Чечни. (Все другие этнические сообщества управляются менее публичными фигурами). Господствует принцип "один народ - один фюрер", и именно с фюрером Кремль имеет дело. Это достаточно хорошая система, если брать некоторые народы, легко подчиняемые террором, каковы чеченцы. Но уже в случае с армянами такой подход работает плохо. Тут мешает и наличие у армян заграничного офиса и влиятельных зарубежных диаспор. Таких трудно всех вместе заставить слушаться какую-нибудь одну Симоньян, хоть её и сахаром облепи. Здесь оказывается, что у Кремля просто нет надёжного инструмента контроля над конкретным этническим сообществом, что противоречит указанному выше первому Правилу россиянской политической жизни. К сожалению для Кремля большинство постепенно усиливающихся этнических сообществ имеют признаки потенциальной слабой управляемости, включая зарубежные офисы. Так, азербайджанцы просто не станут слушаться одного удобного ФСБ азербайджанца, поскольку у них есть независимый Азербайджан со своими авторитетами, есть Турция, за рубежом есть независимые от Кремля источники доходов. Если фюрер этнической группы оказывается достаточно авторитетным, то тем самым он приобретает уже федеральное влияние, что совершенно не нужно путинцам. Распространённые предположения о возможности баллотировки Кадырова на место Путина столь же неизбежны, сколько и неуместны одновременно. Можно попробовать просто купить этническое сообщество, как куплены чеченцы. Но сообществ много, и чтобы купить их все, понадобится очень много денег - что нанесёт ущерб главному Правилу. Если потратить на безопасность денег слишком много денег, то это будет равносильно потере денег. Нужно что-то иное.

Это "что-то иное" довольно легко найти, если вспомнить о ленинско-сталинской национальной политике и посмотреть на неё под несколько иным углом, не меняющим общий принцип. Согласно ленинско-сталинским принципам, каждый нерусский народ имеет право на свою республику. Эта республика и является представителем данного народа перед Кремлём. Однако ряд "новых" россиянских народов и как минимум два "старых", если не считать безсмысленный Биробиджан, не имеют собственных республик. Средне-азиаты разсеяны по РФ и не собраны компактно нигде кроме Некрасовки. Получается, что у одних нерусских народов есть больше фактических прав, чем у других. Такая дискриминация сама по себе представляет собой потенциальный источник нестабильности. Её вполне можно избежать, одновременно изменив систему управления национальными группировками так, чтобы выполнить четыре условия:

1. Формирование у каждого этнического сообщества достаточно авторитетных внутри него представителей, с которыми это сообщество было бы вынуждено считаться и которые могли бы представлять сообщество перед Кремлём - с учётом всех сложностей, которые фактически наличествуют.

2. Недопущение формирования у сообществ авторитетных лидеров, способных предъявить свои возможности на федеральном уровне.

3. Снятие с Кремля тяжести прямого финансирования сообществ, осуществляемой ради приобретения их лояльности.

4. Устранение дискриминации части нерусских сообществ, потенциально ведущей к возникновению конфликта между "старыми" и "новыми" сообществами.

Все эти задачи одновременно можно решить одним несложным решением. Я говорю о создании юридически правомочных землячеств, по сути представляющих собой национальные республики, но без обозначенной территории и притом имеющих права республик. Так, землячества должны получить право на места в Совете Федерации, и так далее. В перспективе землячества должны получить и права общефедеральных партий, что будет чрезвычайно удобно для Кремля ввиду их многочисленности, то есть раздробленности, и их взаимных противоречий.

В результате все вопросы, связанные с формированием лидеров этнических сообществ, будут решаться внутри сообществ. Кремлю останется лишь наблюдать за соблюдением правил игры. При этом никто из этно-лидеров не сможет претендовать на роль в общефедеральной политике, то есть на кресло Путина, поскольку будет полностью поглощён борьбой внутри землячества и поскольку не сможет объединить всё расколотое на этносы общество в целом. Главное, чтобы эта борьба никогда не прекращалась, то есть регулярные выборы. Постоянные и неизбежные внутренние конфликты в этнических группировках и их взаимные несогласия станут гарантией того, что федеральный уровень останется в безопасности в роли необходимого всем арбитра. Платить сообществам за лояльность не станет нужды; они сами станут платить за лоббирование своих задач на федеральном уровне.

Не уничтожение, но использование энергии внутренней борьбы этнических групп способно стабилизировать ситуацию на очень долгое время. При этом влияние зарубежных офисов окажется нейтрализованным на уровне землячеств, то есть будет безопасным для федералов. Некоторые шероховатости могут быть отшабрированы вручную. В целом же новая система сдержек и противовесов станет работать автоматически - и притом вполне в русле советской национальной политики.
El juez Garzón

Не нарушайте правила диктатуры

На досрочное прекращение голосования по вопросу об убранстве Лубянской площади отозвалось немало людей. Все обнаруженные мной отклики содержат одно общее место и одно общее стремление.

Общее место состоит в том, что затея властей потерпела неудачу. Это, скорее всего, верная оценка. Трактовать отмену заметного политического мероприятия иначе трудно.

Общее стремление состоит в том, чтобы попытаться определить, в чём именно была допущена ошибка и что именно пошло не так. Здесь всё гораздо сложнее. Я не согласен ни с одним из мнений, которые мне случилось прочесть. Не согласен не потому, что все неправы и никто не угадал, а потому, что если кто-то угадал, то лишь случайно. Нет никакой открытой информации, которая позволяла бы умозаключить, что именно пошло не так и, соответственно, в чём ошиблись организаторы мероприятия с точки зрения тех, кто это мероприятие остановил. Данных недостаточно, а гадание на кофейной гуще мне не подходит, поскольку я предпочитаю чай.

Я тоже не знаю, почему, вроде бы, неплохо задуманное и грамотно проводившееся мероприятие было отменено. Со своей стороны я могу лишь объяснить, почему, на мой взгляд, именно в таком виде подобное голосование нарушало существующий порядок дел. Это не означает, что я угадаю подлинную аргументацию отмены. Темна вода во облацех. Однако сами по себе нижеизложенные соображения я нахожу верными.

Сначала немного теории. В путинизме каков он есть касательно голосований существует Правило #1. Это Правило гласит: "Всякое голосование есть голосование за Путина". Иное не допускается.

У Правила #1 есть оговорка. Голосования по малозначительным поводам не являются голосованиями за Путина. Так, можно провести голосование по выбору между детской площадкой и автостоянкой, и оно не будет голосованием за Путина. Не будет не потому, что Путин не освящает своей благодатью каждый двор, но лишь потому, что не царское это дело. Голосование за Путина по дворовому поводу окажется профанизацией сакральной фигуры. Так делать нельзя.

Организаторы голосования по вопросу судьбы Лубянской площади допустили сразу две непростительные ошибки.

Во-первых, они предложили выбор между памятниками Дзержинскому и князю Александру Ярославичу. Обе фигуры из советского пантеона выдающихся государственных деятелей, почитающихся советскими как спасители Отечества. Организаторы, наверное, думали, что они очень хитрые: "Как ни проголосуй, а всё нам в карман". Эта еврейская логика не соответствует чугунной логике путинизма. Допустим, правоверный путинец решит проголосовать. И кого он должен выбрать? С одной стороны, Путин чекист, поэтому нужно кликать мышкой Дзержинского. С другой стороны, Путин оборонитель Отечества от супостатов и выигрыватель виртуального Ледового побоища. Поэтому нужно жать на Невского. Нельзя ставить путиниста в ситуацию буриданова осла. При голосовании за Путина выбор должен быть чётким: "Вот белая шляпа, вот чёрная". Скажем, Невский или Немцов. Тогда можно голосовать именно за Путина, и подтасовывать результаты за него же. Выбор же между двумя путиными это явный абсурд. Так делать нельзя.

Во-вторых, организаторы голосования одновременно подняли вопрос до уровня политического, предложив выбор между Дзержинским и Невским, а не между фонтаном и высоким дубом, например, и начали проводить голосование на площадке для решения "дворовых" вопросов, то есть недостойной голосования за Путина. Здесь налицо явное противоречие, которое могло быть разрешено только одним способом: прекращением творящегося безобразия. Я не знаю, повторюсь, были ли соображения прекратителей именно такими, но думаю, что это были бы верные мысли с их стороны.

Сама по себе идея разогреть публику перед голосованием за Путина, предложив ей вопрос: "Выносить Ленина из Мавзолея вперёд ногами, или же головой, как вечно живого?" верная, и она может сработать, приведя на избирательные участки миллионы. Но организация дела должна быть существенно иной. Работать нужно по правилам.
El juez Garzón

Ты смотри, какие кренделя...

Профессиональный путинский пропагандист, солидный приверженец "классического" советского стиля ("Ядерная доктрина СССР - гарантия мира на планете") доктор политических наук (такие есть?) Михаил Александров написал текст, обладающий признаками внезапности. Приведу одну фразу автора: "У России достаточно потенциала, чтобы разгромить вооруженные силы Украины и навсегда решить с ней вопрос". Конец цитаты. И вообще там весёленько и даже немного нервно - учитывая концентрацию дерзких высказываний на квадратный дециметр текста, совершенно несвойственную данному конкретному автору.

Часть реплик текста просто удивительно красивы, особенно в своей внезапной для этого автора простоте. С какого-то места начинается "гон" про вторжение в Прибалтику, имеющее практический смысл непристойной демонстрации перед окнами тёщи. Я бы спросил господина доктора политических наук и о том, как относятся народы многонациональной РФ к перспективе "окончательного решения украинского вопроса". К примеру, новым россиянам из Средней Азии - оно вообще надо? Есть в этом сюжете и иные шероховатости. Тем не менее, загиб получился интересный.
El juez Garzón

"Горишь", Техас!

Весьма приятное для меня чтение. Взято здесь; тут и нужно читать, если у Вас нет подписки на WSJ. Есть смысл и сходить в оригинальный пост на Фейсбуке ради комментариев. Часть из них, как положено, в духе: "Вот он, Ваш дрянной рынок!", но есть и по делу.

Что в этом тексте хорошего? Нет, не трактовка энергетического рынка Техаса как имеющего фундаментальный недостаток, состоящий в нехватке угроз наказания. "Нет страха - фундаментальный недостаток!" Это социалистическая позиция автора WSJ. Всё, как в советские времена: чтобы узнать, что там у капиталистов, нужно читать их критику коммунистами и отсеивать информацию от пропаганды; иных источников нет.

Во-первых, перед нами описание классической ситуации: "Враг у ворот, а ружьё разряжено, разобрано и в сейфе", как положено по россиянскому законодательству. Всё так, как у меня дома. Снег валит, а лопата и унты на даче. Теперь-то я их привёз, но самое интересное позади. Впрочем, погода нас ещё порадует.

Во-вторых, само описание энергетического рынка Техаса. На свете ещё есть нормальные люди. Да, они не проверили генераторы заранее - как нормальные люди. Там вообще уровень безпечности зашкаливающий. Помню, смотрел я, как в Техасе ремонтируют дома. У них вода и канализация выведены под одинарный, без чёрного, пол, и просто висят в воздухе. Русскому человеку на такое страшно смотреть.

Хочу как в Техасе. Готов рискнуть. Обращаю внимание: ЛЭП, связывающих штат с другими штатами, почти нет не по причине глупости техасцев, а чтобы не связываться с федеральным энергетическим законодательством. Видимо, там такое законодательство. По конституции федеральное правительство США регулирует торговлю между штатами - и, надо думать, пользуется своим правом вовсю. Уберите это законодательство, и частные компании построят ЛЭП, увеличив запас прочности системы в разы. Построят потому, что рынок страны в целом крупнее и привлечёт больше инвестиций. Не дробить же производство по штатам, если Вы крупный игрок.

Тост за нормальных людей из Тексас. Чтобы их не прижали, пользуясь поводом.

Нет, Чубайс хотел не того же. Не нужно клеветать на правоверного большевика.

И, да: страх обывателя - единственное действенное пропагандистское оружие социализма. Сказать социалистам нечего, а вот запугать они могут.
El juez Garzón

Логоволомка

С точки зрения участия в официальных политических спектаклях россиянский обыватель в массе своей давно окуклился. Причиной тому 666 срок Путина, прочие всем известные детали картины - и, отчасти, короновирус, приучивший, что сидеть дома это нормально. Добровольная массовка при внесении изменений в конституцию оказалась скромнее необходимой. "Нужно что-то предпринять", - решили в Администрации Президента. И стали - что делать? Думать, наверное, нет?

И придумали. Судя по происходящему, решено, что главное это вытащить обывателя из логова, сдёрнуть с налипшего, а далее останется лишь не отключать подогрев мышц. На рывок нас призван побудить старый чугунный истукан - Феликс Дзержинский. В мэрии Москвы (точнее, в Общественной палате столицы - Вы знали о существовании такого органа? там "эховец" Венедиктов одуваном служит; но не суть) созрела точка зрения, что, дескать, надобно провести референдум по судьбе центрального украшения Лубянской площади. Их заинтересовало наше мнение; надо же. Безпокоюсь за популяцию медведей.

Вот и прояснилось, к чему это вдруг, "про памятник". Чтобы обыватели возбудились и к урнам для голосования побежали. А там, глядишь, по протоптанной дорожке и второй раз сходят - когда "настоящее дело" будет, а не "про памятник". Истукан, значит, у Путина на разогреве.

Полагаю, что затея сработает.
El juez Garzón

The king's speech

Извините, что снова про Навального. На этот раз коротко.

Не скажу ничего об его уголовных делах и в целом о судебных преследованиях его, об их оправданности, законности, справедливости и прочих достоинствах. Не скажу ничего об его политических пристрастиях, мотивах, декларациях и прочих элементах деятельности. О его разследованиях, друзьях и врагах, о его болезни, о его прошлом, о его семье - ничего не скажу.

Скажу только об одной тонкости.

Сказанная в своё время г-ном Навальным в одном и его роликов фраза: "Я безусловно считаю их холуями всех, и предателями всех, кто тянет на этот обман. Все скажут: боже, что ты и ветерана оскорбил, и известного врача, а ты его назвал холуем? Конечно, я его назвал холуем и холуем он является", независимо от степени её обоснованности, имеет одну особенность. Она не королевская. Кандидат в главы государства, как выразился один блоггер, "наследный принц", может публично высказываться подобным образом только в какой-нибудь стране наподобие Украины. Там - пожалуйста. Там это норма. РФ, при всех её недостатках, всё же из иной категории. Да, какой-нибудь Путин тоже иногда позволяет себе. Но открытой базарной брани я всё же от него не слышал. Видимо, там хоть и "бандитский", а всё же Петербург. А здесь всё грустно.

"Вмиг по речи те спознали, что царевну принимали". Эти пушкинские слова сказаны не о Навальном.

Нет, ребята. "Оппозиционный блоггер", "политик", "политический заключённый", "символ Сопротивления" - это сколько угодно. Но "кандидат в президенты" - нет. Не в этой стране.
El juez Garzón

Голос толкового еврея

Явлинского, хе-хе.

Если толпы пойдут за Навального, страну в будущем ожидает фашизм…

И он совершенно прав. Представим себе, что, действительно, вся ориентированная на Навального идеологизированная демократическими и либеральными, в классическом смысле слова, идеями толпа каким-то образом добилась своего - свободных выборов, честного подсчёта голосов, выборности судей, люстрации всяких сатрапов и прекращения хотя бы самой наглой и масштабной коррупции. Вот всё стало прекрасно. И за кого проголосует население РФ? Таджики проголосуют за партию таджиков (такая немедленно появится), чеченцы за партию чеченцев (кстати, выборы в РФ могут быть только по пропорциональной системе, иначе все передерутся друг с другом), русские за русских. За Явлинского не проголосуют даже советские, поскольку у него слишком плохая для советских репутация. Будет отдельная партия советского народа, за неё советские и станут голосовать. (Советские это такой народ, если что). И за самого Навального-то особо не проголосуют, он вполне может проиграть честные и свободные выборы. Запросто. Кстати, пост президента я бы вообще ликвидировал, иначе почти каждому народу будет обидно, что выбрали не "его". В парламенте ещё как-то можно договориться, маневрируя. Хотя тоже будет не скучно.

И как добрый еврей может назвать такую ситуацию? Только православно-исламским фашизмом. Нет, Явлинский не продался Путину. Он всего лишь включил мозг.

О чём вообще весь этот шум? Симоньян в своё время всё сказала про эту страну.

Выводы каждый может сделать самостоятельно.
El juez Garzón

Осмысленное безумие оппозиции

Ниже не написано ничего нового для Вас. Вы всё это знаете. Будем считать это плановой поверкой средств измерения.

У стороннего наблюдателя, взирающего на разнообразные протесты разнообразных оппозиционеров, происходящие как в РФ, так и в Белоруссии и в других странах, может возникнуть вопрос. "И зачем они это делают - я имею в виду массовку, а не хозяев? Ну, "выпустить пар", хорошо - для разового мероприятия. Футбольные болельщики тоже нередко бегают по улицам и кричат, если их любимая команда проиграет. Но в целом - какой смысл? Неужели они думают, что когда-нибудь возьмут Кремль?"

Я не знаю, что они думают, поскольку опросов не проводил. Но догадываюсь, что они, протестующие, интуитивно чувствуют, что их безсмысленная активность, хождение по улицам с плакатиками и получение оплеух от полиции, может иметь существенное значение. И это, действительно, так.

Кремль толпы обывателей, конечно, не возьмут. А если так вдруг, по попущению светил, и случится, то это ничего не будет значить. Ну, возьмут обыватели Кремль, и что? Капитолий, вон, взяли (или "взяли"), и чего добились? Погуляют современные санкюлоты в белых носках по Кремлю, потом их переловят. Кто-то, может быть, успеет убежать с шапкой Мономаха. Кроме вандализма и членовредительства из всего этого ничего не выйдет. Оппозиции не добиться своего, пытаясь захватить Кремль. И телефон с телеграфом тоже.

Оппозиция, что любопытно, и не ставит перед собой такую нелепую цель. Как я отметил ранее в тексте "О смысле полёта светлячков", задача оппозиции в общем случае весьма проста - заявить о своём существовании. Для чего достаточно пройтись по улицам и покричать разное. Можно ещё на заборе написать что-нибудь.

"Но какой в этом смысл? Ну, вышли, ну покричали, и что? Как этот анти-художественный карнавал связан с действительной политикой?" Дело в том, что существует два типа уличного и прочего протеста. Один из них относится к функционированию демократических процедур. Так, демонстранты могут собраться для выражения поддержки своей любимой партии перед важным голосованием в парламенте. Это, говоря условно, системные выступления, даже не являющиеся собственно протестом. Или являющиеся - если демонстранты выступают против какого-то принятого решения администрации. Эта разновидность протеста нас сейчас не интересует. Другой тип протеста это как раз то, что имеет место в РФ, в Белоруссии и, может быть, где-то ещё. Это протест против самого существования действующей власти. Протест, отказывающий ей в легитимности. Кажущееся смешным выражение: "Мы здесь власть!" означает именно отказ власти действующей в праве на существование.

Чего можно добиться, громко и недвусмысленно заявляя о нелегитимности властей? Распространения мнения о нелегитимности властей, конечно. И чем чаще и массовее заявлять, тем шире распространится нужное мнение. Умеючи можно создать иллюзию, что "так думают все". А какая от этого может быть польза? Может ли делегитимизация власти свергнуть её? Ведь мы говорим о всего лишь мнении - народном, но тем не менее.

Нет, делегитимизация властей сама по себе не свергает их. Если 95% населения страны будут ненавидеть власть, и лишь 5% поддерживать и защищать, то власть, при минимальном профессионализме, отобьётся. Как отбилась Государыня Екатерина Вторая, при которой, по мнению Пушкина, вместе с Пугачёвым против властей выступили одновременно все сословия кроме дворян, а последние составляли доли процента населения. Да, власти пришлось непросто, но она справилась. Справится и в будущем. Очередного Уота Тайлера убьют, исхитрившись, и пейзане разбегутся.

Проблема в другом. Если власть в целом ощущается как нелегитимная, то у неё остаётся одна опора - сила. "Мы вас бьём, поэтому мы здесь власть". "А что у нас не так с опорой на силу? В чём неудобство?" В прямом смысле, касательно отношений власти с народом, нет никаких неудобств в том, чтобы опираться только на силу. "Ну, пикнет холоп, так получит по хребту дубиной, и всё. Надсмотрщиков мы наберём. Объясним им, что они защищают страну от иностранных агентов, которые сами не понимают, чего они хотят, но мечтают убить детей полицейских - никто и не задумается, какой бред мы несём в своё оправдание. Главное, платить охранникам режима больше, чем рабочим". Это, действительно, эффективно. Опираться только на силу можно и при этом вполне комфортно. В общем случае народ не способен противопоставить силе власти свою достаточную силу.

Однако, если у власти не остаётся никакой опоры кроме силы, то эта сила оказывается единственной опорой власти (логично же, да?) И ничто не мешает силе осознать себя единственной опорой власти. Безсознательную силу ещё не придумали. Если же "силовики" осознают, что власть Сиятельного нелегитимна, и что они его единственный оплот, то легко поймут, что трон теперь в их руках. Если Рим ненавидит Цезаря, а Сенат не имеет власти, то хозяином должности Императора оказывается преторианская гвардия. И уже преторианцы могут сказать: "Мы здесь власть!", с полным на то основанием. А далее решать, кто станет Цезарем - в зависимости от своих предпочтений. Могут устроить аукцион, например. В истории Рима такое бывало. Отправляемому же в отставку Цезарю сделают обрезание головы, и всё. И так хоть раз в пятилетку, а иногда и чаще.

Народный бунт не угрожает власти, лишённой легитимности. Но таковая оказывается в зависимости от прихотей своих "силовиков". Механизм действия этого правила прозрачен, и примеров в истории огромное множество. Один из примеров это наш Февраль. Можно спорить о том, как это случилось. Можно бурно радоваться или, напротив, горько сожалеть об этом. Но факт, что к 1917 году уровень легитимности власти Императора Николая был крайне низким. И в какой-то момент начштаба генерал Алексеев осознал, что судьба монархии в его руках. Изначально Алексеев - хороший дядька, из простых солдат ставший генерал-адъютантом Императора и фактическим, при формальном исполнении Царём этой должности, Верховным Главнокомандующим. Но кто-то что-то напел ему в уши, и он решил, что может решить судьбу монархии. Будь у Императора достаточный запас легитимности, он на первой же остановке вышел бы на перрон и крикнул, что тут измена, после чего Алексеев отправился бы на виселицу, а революция закончилась, не начавшись. Но Николай не вышел и не крикнул, поскольку знал, что с легитимностью у него не очень, и что приём не сработает. А Алексеев знал, что Царь это знает. Дальше можно констатировать, что Алексеев предпочёл лавры победителя в Мировой войне, заслужившего добрую память и монументы в свою честь, репутации внушаемого олигофрена, погубившего свою страну. Но что теперь не констатируй, а факт, что он это сделал, и сделал только потому, что считал, что может, поскольку сила осталась единственной опорой трона. А сила, увы, изменчива. Куда там до неё сердцу красавицы.

Это происходило во множестве стран множество раз, и наверняка происходит сегодня в РФ. Какие-то "силовики" сидят в узком кругу и обсуждают тему: "Наш-то генерал получше этого полковника будет". Всё может быть немного сложнее, но суть такова. И защитить делегитимизированную власть от её же "силовиков" некому. Ради создания такой ситуации оппозиционеры и выходят на улицы под полицейские дубинки. Не чтобы самим взять власть и избрать именно Навального; Навальный и в тюрьме прекрасно посидит - он там даже полезнее для дела, а чтобы спровоцировать "силовиков" на крамольные раздумья. Параллельно кто-то тайно встречается с нужными людьми и объясняет им, что они могут: а) спасти страну, и б) озолотиться сами. Рост шумовой активности на улице может означать, что закулисные переговоры с "силовиками" продвинулись успешно. Это не очевидный факт, но возможно.

Что из всего этого выйдет, я заранее не знаю, но работает механизм именно так.
____________

На свете есть занятная категория людей - дураки. Эти самые дураки считают себя очень умными, постигшими суть мироздания, и оттого склонны резко критиковать вещи, придуманные намного более умными людьми, чем они. Одна из таких постоянно поносимых и "развенчиваемых" дураками вещей это демократия. Дураки говорят, что демократии не существует в природе, поскольку власть принадлежит богатым и жуликам. Дураки говорят, что демократия не работает, поскольку воля народа не исполняется. Дураки, не лишённые остроумия, указывают на идиотизм типичного избирателя, отчего, по их мнению, от демократии лучше держаться подальше. Всё это полная чепуха, свидетельствующая о том, что многие люди абсолютно ничего не понимают в природе великолепного общественного изобретения. Задача демократии не в том, чтобы правительство исполняло волю народа, а в том, чтобы создать прочный инструмент постоянной легитимизации правительства в глазах народа, не зависящий от отдельных действий правительства. Демократию придумали не для того, чтобы учитывать мнение необразованных полу-дикарей по государственным вопросам, а для того, чтобы правительство не назначалось полицией. Демократия даёт правительству свободу и безопасность от его же собственных "силовиков".

К сожалению, ни в РИ, ни в СССР, ни в РФ правительства этого так и не осознали. Поэтому оппозиция и её закулисные друзья имеют возможность делать то, что они делают, с надеждой на успех.
El juez Garzón

О смысле полёта светлячков

Власть должна уметь казаться своей каждому, не будучи при этом ничьей в отдельности. Это создаёт вокруг власти область свободы, без которой она не сможет быть сама собой.

На первый взгляд поставленная задача выглядит трудной, но на самом деле она не так уж сложна. Людям свойственно принимать власть за свою, какой бы она не была, игнорируя информацию, опровергающую этот комфортный взгляд и приписывая признаки чужеродности власти сложности её бытия и её высокой мудрости, непостижной неинформированному обывателю. Провластная пропаганда нещадно эксплуатирует эту способность человека, укрепляя удобный для неё взгляд всеми мерами.

Со всех сторон политического спектра без единого исключения практически всегда существует большего или меньшего размера зазор между воображаемой реальностью наблюдателя, ассоциирующего власть со своими интересами, и подлинной властной реальностью. Этот зазор есть область существования оппозиции, для которой абсолютно всегда есть хоть какое-то место. Там, где есть власть, не может не быть оппозиции, поскольку её существование обусловлено свободой власти, и чем больше этой свободы, тем больше места для оппозиции. Гигиенические мероприятия по зачистке зазоров от набившейся туда живности, обычно именуемые политическими репрессиями, дают лишь временные результаты и изощряют выживших оппозиционеров, которые перемещаются из крепостного рва в щели между камнями кладки стен, откуда их гораздо сложнее вычистить. Наиболее удачливые из них начинают выглядеть основным строительным материалом за́мка, что смертельно опасно для всей конструкции.

Основная задача оппозиции не сложнее, чем основная задача власти, и состоит, в первую очередь, в том, чтобы просто заявить о факте своего существования. (В этом и состоит смысл кажущихся безцельными протестных акций). Если наблюдатель заметит оппозицию, он неизбежно придёт к выводу, что между какими-то людьми и властью есть ущелье той или иной ширины - то есть, что добродетель власти не универсальна. Если при этом наблюдатель заметит прогал именно со своей стороны, то ему станет ясно, что он обманывался в своих воззрениях и что власть, на самом деле, не "его".

Можно подумать, что в таких условиях существование власти будет подвергаться постоянной угрозе со всех сторон, и ей останется только отстреливаться. К счастью для власти, у неё всегда есть информационная контр-игра. Эта игра очень проста. Оппозиция старается громко заявить о себе - власти нужно ей помочь. Оппозиционеры зажигают фонарики - власть направляет на них прожекторы. Власть подчёркивает наличие зазора между творимой ею реальностью и предположениями граждан о таковой. То есть, делает за оппозицию её работу. Но с одной особенностью. Власть "подсвечивает" не весь свой политический периметр, не весь зазор, в котором обитает оппозиция, а наиболее узкую его часть. Она "светит" туда, где, по её мнению, опасность является наименьшей. То есть, выдаёт за единственную ту часть оппозиции, которая минимально отличима от самой власти. Все же остальные оппозиционные проявления, намного более многочисленные и серьёзные, остаются в полумраке, усугубляемом мероприятиями по погашению "фонариков", которыми "неправильные" оппозиционеры подсвечивают себя.

Хорошим примером является троцкистско-зиновьевская оппозиция, формально возглавлявшаяся бывшим соавтором большевицкой революции и главнокомандующим Красной армией и близким соратником Ленина, прятавшимся вместе с ним в шалаше в Разливе. Об этой оппозиции, какой бы она на самом деле не была, власть громко говорила в средствах массовой информации, выставляя свои разногласия со вчерашними коллегами напоказ. При этом ропот десятков миллионов голодных крестьян и рабочих не оформлялся властью в какую-либо подлежавшую разгрому оппозиционную силу и просто замалчивался, словно ничего не было. По тому же принципу строятся отношения власти и оппозиции в путинской РФ. Там, куда усердно указывает власть, степень оппозиционности меньше всего.