Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

El juez Garzón

О тесноте врат

Во всей этой истории с Дзержинским (все же понимают, что это история не с Невским) есть одна подробность, которую не упоминают вообще. А она показательна, поскольку не имеет к Дзержинскому никакого отношения.

Основным лоббистом прославления фигуры Феликса является ФСБ и связанные с ней люди. ФСБ ведёт свою родословную напрямую от КГБ СССР, в истории которого был интересный период. В конце пятидесятых годов в силу определённых партийных и личных задач руководить КГБ был поставлен человек не "из органов", по крайней мере напрямую не оттуда - Шелепин. Он провёл масштабную реформу КГБ, уже до того существенно очищенного от бериевских традиций. После Шелепина КГБ стал намного компактнее, переориентировался преимущественно на внешнеполитические задачи и начал соблюдать какую-то видимость приличий в обращении с руководством и даже с обычными гражданами. Воспоминания обычных людей о событиях времён начиная с шелепинских и до горбачёвских, которые сейчас стали массово доступны, часто включают в себя эпизоды встречи с кураторами из КГБ. Эти встречи всегда были связаны с возникновением каких-то конфликтов и представляли собой именно встречи и разговоры. Прилично одетый и обаятельный, вежливый дяденька встречался с разсказчиком и разспрашивал его о жизни и о делах, от чего-то предостерегал, чем-то пугал, в чём-то помогал - передать в Москву сведения о злоупотреблениях на местах, например. Во многих случаях речь шла о проверке и подавлении разнообразных крамольных "взбрыков", случавшихся у советских людей. Обыкновенно новоявленных бунтовщиков запугивали и тем принуждали к спокойному поведению. Всё это можно считать политическим контролем над обществом, однако нельзя не заметить радикальную разницу с тем, как это делалось при Дзержинском и его последователях. Всё было настойчиво, да, оскорбительно и унизительно по сути - "взбрыкнувшего" обывателя ставили на его место в стойле, но делали это сравнительно гуманно и по возможности без насилия. Партийные руководители в своих мемуарах вообще никогда не жалуются на вмешательство КГБ, на слежку и какие-то препоны со стороны Комитета. Если КГБ лез в политику, то делал это аккуратно и малозаметно. Да, периодически он проводил различные спецоперации, в том числе силовые. Были среди них и как минимум попытки убийств. Но количественно по советским меркам всё это было очень скромно и, думаю, не выходило за пределы аналогичной практики спецслужб западных стран (хотя такой статистики. конечно, не существует в открытом доступе).

В результате реформ Шелепина КГБ СССР из части машины геноцида стал более или менее респектабельной спецслужбой, решавшей задачи, относительно адекватные обстановке (если не вдаваться в системные подробности), и притом относительно гуманными методами. В воспоминаниях диссидентов встречается подробность: при обысках сотрудники КГБ были обязаны не оставлять после себя безпорядка. Если они приходили в хаотично заваленную вещами и книгами интеллигентскую квартиру, то оставляли после себя всё аккуратно сложенным. Диссиденты шутили, что нужно приглашать Комитет проводить уборку. Это мелочь, но характерная. Открытый, декларативный террор и хамство при Шелепине были убраны из числа инструментов КГБ. Враги оставались врагами, война войной, однако никакого "Давайте схватим несколько тысяч представителей враждебных элементов, заберём себе их имущество и жильё, а их самих будем пытать и убьём", как при Дзержинском и прочих ягодах-бериях, уже не было и в помине. Где-то что-то, возможно, прорывалось, но уже не как система и не как основа политики. Кожаное пальто до пят (чтобы легче было смывать кровь убитых; спецодежда) и "маузер" сменились костюмом и папкой для бумаг. Нецензурные реплики с вкраплением слов "контра" и "буржуй" уступили место аккуратному: "Давайте с Вами побеседуем".

При всём этом КГБ СССР действительно занимался и внешней разведкой, и контрразведкой - ловлей совершенно настоящих иностранных шпионов, действительно пытавшихся узнать разные секреты про ракеты и тому подобное. Эту часть деятельности КГБ, в общем, и осудить-то особо не за что. Спецслужба как спецслужба. Как везде.

Существует возможность создать миф о КГБ СССР как о приличной, респектабельной организации, служившей своей стране и политической системе - какая уж была, и делавшей это по возможности законно и корректно. Если были какие-то отступления от правозащитного идеала, то "Вы же понимаете - полицейская работа; иногда защёлкнешь наручники чуть туже, чем можно было бы". Всё в рамках условно допустимого, никакого шока для обывателя. И при этом большой нравственный пафос: "Мы сумели освободить свои ряды от людей, пренебрегавших законностью и склонных к садизму" - что, между прочим, представляет собой довольно редкий в истории случай почти сакрального "очищения". Да, такой миф, как и любой иной, будет не вполне правдивым, но как идея и образ он вполне работоспособен. Ведь перемены, действительно, случились и были, действительно, очень существенными и притом положительными. А если подпустить мульку про то, что многие сотрудники КГБ из "новопризванных" были ещё и тайно православными, то выйдет совсем хорошо.

Некоторое несоответствие мифа исторической логике это вполне приемлемое явление. Мифологическая генеалогия возводится к идейной, а не к "биологической" родне. Так, первыми англичанами, поселившимися на американской земле и, соответственно, основателями первого штата, были жители Вирджинии, законопослушные (хотя не все) подданные королевы и, позднее, короля. Во время английской революции Вирджиния некоторое время оставалась единственной территорией, верной Короне. Однако США возводят своё происхождение не к "королевским холопам", а к основателям Новой Англии, которые в Новом свете искали свободы. Старейшим штатом, "Матерью президентов" является Вирджиния, а страна родом из Массачусетса. И это нормально и правильно, поскольку для мифа идея важнее фактов.

Можно вывести родословную современной ФСБ не от террористов и массовых убийц на почве ненависти, с каковыми теперь эта организация, вроде бы, в наше время призвана бороться, а от Людей Закона и Силы , с упором на Закон. Людоедское же прошлое предать анафеме, открестившись от него - в том числе в прямом смысле слова, крестным знамением.

Такая возможность есть. Врата открыты. Но в них не входят. Не входят потому, что не хотят. А хотят Дзержинского. Всё понимают - "Да, террорист, да массовый убийца", - но всё равно хотят. Хотя появись тот Дзержинский в РФ сегодня, они сами не посадили бы его только потому, что убили бы при аресте. И тем не менее. Относительно порядочного (по советским меркам) Шелепина не хотят. А тут им прямо красота какая-то. В чём дело?

Подсказку даёт старая английская история, которую я, к сожалению, запомнил только в самом общем виде. Один английский король в очередной раз замучился с местными баронами, нахватавшими себе привилегий и ни в грош не ставившими Корону, и решил привести нобилей в чувство, проверив соответствие их задекларированных прав их же документам. Король отправил полномочного чиновника, который был призван затребовать у сеньоров грамоты, подтверждающие их права - предполагая, что с документами у этого племени не будет полный порядок. Так и вышло. Однако когда чиновник прибыл к одному серьёзному человеку, кажется, в Корнуэлле, то в ответ на требование подтвердить права тот выложил на стол меч, добавив: "Вот мои грамоты", или что-то в этом роде. В общем, приструнить самостийное дворянство у короля в тот раз получилось не очень.

Дзержинский на площади это их "меч на столе". Подтверждение права на абсолютную и безконтрольную власть. "А захотим, так будем резать вас, как баранов, по дворам, из подъездов выводя пинками".

Всё остальное несущественно.
El juez Garzón

Парк аттракционов

По человеческому обычаю направление техники достигает определённого венца развития, после чего сменяется другим направлением. Но старые, тёплые и ламповые, машины продолжают радовать людей - обычно в музеях или в тематических парках. Случается увидеть старую технику и в "рабочем" состоянии, хотя всё это, конечно, просто развлечение.



Представим себе некий условный Древний Египет, в котором есть условные фараоны и условный Нил, который условно разливается в положенное время года. Для регулирования потоков воды нужно строить дамбы и каналы. Труд это тяжёлый и вредный для здоровья, потому испокон века фараоны гонят на него рабов. В рабы попадают военнопленные и свои подданные, которым не повезло; осуждённые преступники, например. Поток рабов не иссякает. Для превращения вчерашних свободных людей в рабов действует машина подавления, убеждающая новичков в том, что они по жизни глубоко неправы. После чего убеждённых таким образом, то есть пропущенных через машину, людей некоторое время используют на тяжких работах, а по истечении срока годности закапывают их дистрофичные трупы под очередной плотиной. Так тянется столетия.

И вот кто-то надоумливает условных фараонов перекрыть условный Нил одной большой условно-бетонной плотиной и регулировать разливы ею, после чего надобность в труде рабов отпадает. Но поток рабов не иссякает, а машина подавления пребывает в исправном состоянии. И что прикажете делать? Ломать превосходный аппарат? Нет, конечно. На запасный путь его, и пусть там пыхтит потихоньку. Всё начальству радость по выходным. С детишками можно сходить посмотреть, опять же. И пленных с заключёнными есть, куда сбрасывать. Не по улицам же их отпускать гулять, согласитесь.

Раньше машина подавления работала потому, что люди были нужны в качестве рабов. Сейчас она работает потому, что люди не нужны даже в качестве рабов. Логично.
El juez Garzón

Ленинским курсом

С Американщины пишут о прогрессе в преподавании математики, цитирую:

"к проявлениям белого супрематизма составители курса отнесли «сосредоточенность на получении "правильного ответа"», требование, чтобы «студенты "показывали свои работы"», и некоторые другие проявления". Конец цитирования.

Нечего, в общем, ставить орегонским неграм оценки за знания, а не за цвет кожи. Чай, ноне не старый режим.

Перед нами старая добрая большевицкая практика "коллективных зачётов", оформленная с местным колоритом. "А если прохфессор тебе двойку поставил, то потому, что ты пролетарий, а он контра недобитая".

Никакого "ада" в этом, конечно, нет. Всё нормально и логично. Социальная инженерия в действии. Смысл отмены оценок по знаниям не в том, чтобы превратить преподавание, в частности, математики в клоунаду и тем подорвать американский ВПК, например. Математику они обязательно "вернут взад", лет через двадцать. С ВПК проскочат. Решается много более важная задача, та же, что когда-то решалась в СССР - выращивание новой вспомогательной элиты, которая была бы всем обязана большевикам.

"Я при прежнем режиме кто был? Дурак и хам. А родная Советская власть мне дала путёвку в жизнь, на рабфаке выучила и кабинет с телефоном дала. Теперь я не просто дурак и хам, а начальственный. Я за Байдена и Харрис глотки рвать буду". И будет. На то и расчёт.

Существует мнение, распространённое, в первую очередь среди социалистов, чурающихся Сталина. Согласно этому мнению советский эксперимент вышел не вполне удачным. "Идея была прекрасная, но в исполнение вкрались серьёзные ошибки". Так вот, есть и другая точка зрения, согласно которой советский эксперимент оказался чрезвычайно удачным, и теперь является безценным кладезем сведений, проверенных опытным путём и являющихся вдохновляющим руководством к действию.

В тех политических кругах, которые сегодня определяют повестку дня, явно господствует вторая точка зрения.
El juez Garzón

Молчание ягнят

В Пикардии есть город Компьен, известный, помимо прочего, тем, что в нём и близ него были подписаны несколько перемирий; первое в 1429 году, а два последних в XX веке. В 1641 году вблизи Компьена началось строительство монастыря, посвящённого тайне Благовещения. В 1648 году монастырь был заселён общиной монахинь-кармелиток, прибывших из Парижа и Амьена. Здание монастыря существует и сейчас, однако в 1992 году монахини переехали в расположенную неподалёку деревню Жонкьер. В настоящее время община насчитывает 12 сестёр, объединённых созерцательным бдением во славу Бога и Спасения мира.

В начале 90 годов XVIII века в монастыре проживали 17 сестёр, которым пришлось столкнуться с нашествием революционеров. После ряда вторжений и конфискаций имущества 16 сестёр были арестованы (одна случайно избежала этой участи) и обвинены в контрреволюционной деятельности, состоявшей в том, что они продолжали службы и спрятали у себя священника, за которым охотились безбожники. Заключённых отвезли в Париж, где казнили их всех 17 июня 1794 года.

В 1906 году Римский Поп Пий X причислил казнённых монахинь к лику святых.

В 1931 году немецкая писательница и поэтесса Гертруда фон Ле Форт, в зрелом возрасте принявшая католицизм, опубликовала роман "Последняя на эшафоте", основанном на истории казнённых кармелиток и дневнике семнадцатой, выжившей, монахини.

На основе романа Гертруды фон Ле Форт французский писатель, католик и убеждённый монархист Жорж Бернанос пишет киносценарий "Диалоги кармелиток", который выходит в свет после смерти автора, в 1949 году. На основе этого киносценария в 1960 году режиссёры Филипп Агостини и Раймонд Леопольд Брукбергер, а в 1984 году режиссёр Пьер Кардиналь сняли два кинофильма с тем же названием.

По киносценарию Бернаноса режиссёр и поэт Жак Эберто пишет пьесу, спектаклем по которой и открывает в 1952 году свой собственный театр.

Французский композитор и пианист Жан Пуленк, взяв пьесу Эберто, пишет по ней либретто оперы и саму оперу, которая в 1957 году впервые попадает на сцену в театре "Ла Скала" в Милане.

Опера Пуленка "Диалоги кармелиток" многократно и успешно ставилась в различных театрах мира. Список известных людей, принимавших участие в этих постановках, занял бы слишком много места. Упомяну лишь одного человека, не принявшего в них участие. Это испанский архитектор Сантьяго Калатрава. Несколько лет тому назад он создал серию эскизов декораций к опере "Диалоги кармелиток", которые не были осуществлены, насколько я могу судить, вследствие их технической сложности.

В Москве опера Пуленка впервые появилась в 2004 году в театре "Геликон-опера" в постановке Дмитрия Бертмана. Спектакль идёт по сей день. В следующий раз он даётся 15 и 16 апреля сего года в зале "Стравинский".

Следующая история известна нам лишь по воспоминаниям людей, проживавших неподалёку от места событий, поскольку исторических документов в открытом доступе нет. Вблизи города Верный, который сейчас называется Алматы, некогда существовал женский монастырь с детским приютом. Приют был очень велик; вспоминают о примерно трёх тысячах воспитанниц. Близ монастыря располагались выкопанные монахинями пруды, вода из которых использовалась для орошения. Тогда пруды назывались Приютскими озёрами, а теперь они Первомайские. К несчастью для монастыря и приюта настоятельницей была родственница царствующей династии. В 1918 году большевики занимались поголовным уничтожением всех Романовых, до которых могли дотянуться. Пришли чекисты и в монастырь близ Верного. Они убили всех монахинь, а настоятельницу разорвали на части лошадьми. Воспитанниц приюта чекисты по неизвестному критерию (возможно, по классовому происхождению) разделили примерно пополам. Половину девочек они куда-то вывезли; надеюсь, что в другие приюты. Другую половину убили. Все тела были брошены в Приютские пруды - надо думать, ради их быстрого и нетрудоёмкого сокрытия.

В 1956 году власти приняли решение почистить заилившиеся пруды, для чего из них через шлюзы была спущена вода. Вместе с илом поток вынес множество человеческих костей, по большей части детских, несших следы повреждений от холодного и огнестрельного оружия. Власти объявили местным жителям, что вода размыла древнее кладбище, и организовали сбор костей и вывоз их в неизвестное место.

Это всё, конец истории. Опер не было. The rest is scilence.
El juez Garzón

Когда Маркс ошибся, но оказался прав

В настоящее время мы все можем воочию наблюдать применение большевицкой технологии для уничтожения Запада. Суть технологии, как всем известно, проста. Выбирается меньшинство, не получающее выгод от существующего порядка вещей, оно объявляется угнетённым и выдвигается требование его "освобождения". "Угнетённое" меньшинство привлекается требованиями "возврата долгов за угнетение" и положительной дискриминации. К "основному" меньшинству добавляются сопутствующие из числа этнических и религиозных (так ленинцы в своё время заигрывали со старообрядцами и сектантами, отнюдь не из любви к христианству). Из этих меньшинств и из числа маргинально мыслящих представителей большинства рекрутируется "пехота революции". Дальше дело техники, но главное это насилие и угроза насилия, для туповатых обывателей обильно сдобренные разсказами о "борьбе за справедливость", способствующие деятельному смирению олигофренов.

Во времена Карла Маркса таким меньшинством, составлявшим в европейских странах, включая Россию, единицы процента от общего населения, был пролетариат. Технология, которую я выше назвал большевицкой, хотя наверняка для неё есть более древнее наименование, как мы знаем, прекрасно работала. В частности, толпы вроде бы вполне умных людей пришли к выводу, что "такие люди на самом деле угнетены, и это следует изменить", став, по удачному выражению Ленина, "полезными дураками" в деле революции. На момент формирования марксизма и социализма вообще выбор пролетариата в качестве "защищаемого" меньшинства был, вероятно, оправданным. Но шло время, индустрия росла и относительная численность пролетариата увеличивалась вместе с нею. Постепенно меньшинство стало большинством, и в этот момент марксистский вариант большевицкой технологии сам собой перестал работать. Практически в течение одной человеческой жизни идея из вдохновляющей стала нелепой и неприемлемой. Часто этот культурный процесс связывают с распространением информации о массовых преступлениях социалистов. Однако это неверный взгляд. Большевика не смутить зрелищем гор трупов. Наоборот, обрадовать, можно, а смутить нет. Большевик либо скажет, что жертвы оправданны, либо будет просто отрицать их наличие. Во второй половине XX века "классические" марксистско-социалистические идеи утратили привлекательность, и за этим стоит объективный процесс превращения бывшего меньшинства в большинство. Индустриализация убивает социализм. Попытка решения проблем большинства за счёт большинства очевидно приведёт лишь к тотальной нищете. Человек интуитивно чувствует, что там поживиться нечем. Что нужно искать новое меньшинство и работать уже с ним.

Можно выдвинуть тезис, согласно которому Маркс и его коллеги-единомышленники по социалистическому движению всё же ошибочно выбрали меньшинство, ставшее для них инструментом разрушения. Их конструкция имела ряд достоинств, в частности распространённость пролетариата во всех странах, подлежавших ослаблению и разрушению, что делало пролетариат более удобным выбором, чем был бы выбор в качестве основной какой-то этнической или религиозной группы. Сейчас в качестве базовой группы для нового большевизма выбраны половые оригиналы - именно вследствие их повсеместного, включая ортодоксальные сообщества, распространения, и уже к геям "пристёгиваются" негры и прочие - глядя по местным условиям. Выбор пролетариев, как и позднее мужеложников, подходил марксистам своей интернациональной универсальностью, то есть при опоре на обе группы одну и ту же идеологию можно использовать повсеместно, по вкусу добавляя ту или иную локальную экзотику. Но развитие промышленности, бывшее не только элементом свойственного социалистам милитаризма, но и частью "пролетарской" идеологии, сделало марксизм объективно недолговечным. Что с определённой точки зрения позволяет говорить об ошибочности выбора Марксом кандидата в "гегемоны".

Является ли с той же точки зрения ошибочным новый выбор большевиков, пока сказать трудно. С одной стороны можно ожидать, что естественные наклонности населения и остатки культуры позволят гомосексуалистам оставаться меньшинством ещё долгое время. С другой стороны, если для увеличения численности пролетариата требовались серьёзные капиталовложения, требовалось создание монструозных систем и идеологий управления экономикой, то распространить новые общественно выгодные, "гегемонские" наклонности можно вообще без централизованных затрат. Граждане, если захотят, сделают всё сами, за свой счёт. Таким образом новый большевизм может оказаться даже ещё менее долговечным, чем первый. Но как случится на самом деле, я не знаю. И никто не знает. Это ведь тоже эксперимент. Нет, это не совет по борьбе с нео-большевизмом, хотя при массовом внедрении сработает.

Очаровательная тонкость ситуации в том, что точка зрения, согласно которой общественная система должна быть долговечной и что поэтому выбор Марксом пролетариата был ошибкой, возможно, концептуально ошибочна по отношению к большевизму вообще. Эта точка зрения является рудиментом созидательного мышления, тогда как большевизму свойственно мышление исключительно разрушительное - в том числе по отношению к самому себе. Традиционное мышление не способно осознать, как можно что-то построить, только лишь разрушая. Поэтому Маркса, как справедливо замечал Ленин, марксисты сплошь и рядом понимают неверно. Многие думают, что большевизм предполагает смену одного порядка другим, то есть фазу созидания после фазы разрушения. Настоящий же большевизм начинает уничтожать сам себя на следующий день после победы, и в этом его сила, а не слабость. Будет неверно даже уподобить большевизм фениксу, ибо эта птица в перерыве между самовозгораниями всё же 500 лет спокойно жила. Истинное приверженство идеологии тотального разрушения в том, чтобы на следующий день после победы начать убивать победителей - как физически, так и, что главное, концептуально, выбивая почву из-под их ног и тем готовя следующую революцию.

В некотором смысле большевизм безсмертен. Нельзя победить того, кто побеждает сам себя. Остановить этот пожар может лишь полное выгорание топлива, но здесь я ничего не берусь предсказать.

Я легко понимаю тех, кто идеологически связывает марксизм в частности и большевизм вообще с образом Сатаны. Пусть всё это (я надеюсь) происходит лишь в рамках человеческой психики, но символ происходящего сам по себе верный.
El juez Garzón

Словечко

Гуглаг. Который архипелаг. Цифровой наш концлагерь.

На английском тоже работает: Googlag.

Пользуйтесь.
El juez Garzón

Наши свободы и несвободы

Все свободы, которыми де-факто располагают жители Российской Федерации, являются порождением неприязни, испытываемой потомками большевиков к Сталину и сталинизму.

Все несвободы, наложенные на население РФ, включая национальную политику, являются порождением любви, испытываемой потомками большевиков к Ленину и ленинизму.

Так между Лениным и Сталиным мы и существуем, колеблясь и ловя отражения с обеих сторон.

Это ярким образом проявляется в судьбе главного памятника Дзержинскому. Дзержинский, с одной стороны, верный ленинец, этнический большевик и организатор геноцида русских. С другой стороны это создатель и символ организации, практически осуществившей ликвидацию множества большевиков. С точки зрения русских фигура Дзержинского является вполне цельной во всех подробностях, включая изменения в его костюме по мере раскрытия его природных склонностей. Но с точки зрения потомков большевиков Дзержинский являет собой двойственность, отчего они то хотят возстановить памятник на Лубянской площади, то яростно сопротивляются этому. Так Феликс и колеблется.

Легко заметить, что из всех вариантов ленинского наследия потомки большевиков для своего комфортного существования выбрали НЭП. Поэтому мы можем наслаждаться выгодами пусть ограниченной, но всё же свободы торговли, сменовеховствовать в Живом журнале, не опасаясь разстрела вот прямо завтра, и так далее.

Предложенная схема может показаться многим моим читателям слишком примитивной для описания реальности. К сожалению, я вынужден констатировать, что наша реальность много проще, чем хотелось бы.

При нынешней, нео-большевицкой, элите мы из указанной дихотомии не вырвемся. Так и будем колебаться, подобно судьбе памятника Дзержинскому.

Я подумал обо всём этом, прочтя сообщение о безпокойстве, выраженном правительством Туркмении по поводу репертуара местных театров. По сложившемуся там мнению среди спектаклей не хватает таких, что разсказывали бы о счастливой жизни туркменского народа.

При всех недостатках россиянского бытия у нас выросло целое поколение деятелей театра, которое не может и представить себе подобного. А в Туркмении социализм во всей красе - почему? Потому, что его однажды построили, и не стали разрушать. Там было некому это делать. Потомки большевиков как-то всё больше обретались в Москве. Здесь они и добивались нужных им результатов. Возврата когда-то утраченной квартиры в Доме на набережной, например - как драматург, известный фамилией Шатров и резкой критикой Сталина при опоре на Ленина. Это типичный случай. Туркмения этих людей не заинтересовала. Там всё осталось, "как при бабушке".

За наши нынешние свободы заплачено 1937 годом. Если кто-то думает, что свободы бывают безплатными, он ошибается.
El juez Garzón

О перестановке мест слагаемых

Добропорядочный автор salery написал, по своему обыкновению, взвешенный текст, в котором отозвался о перспективах происходящего ныне в США построения социализма. Его общая оценка может быть передана, в моём вульгарном изложении, так: на индивидуальном уровне будет много проблем, но в общем и целом случится ужас, но не ужас-ужас. То есть, совсем уж прямо советских кошмаров не будет.

Мне в этой связи вспоминается история моего деда, для своего времени вполне типичная. Его отец, мой прадед, по профессии был слесарем, и до революции владел механической мастерской с несколькими наёмными рабочими. С двигателем была мастерская или нет, не знаю - женская часть семейной памяти не сохранила эту пикантную подробность, а мужская оказалась ранее смертной. Как бы то ни было, при большевиках прадед был сочтён эксплуататором, поражён в правах и его сыну запретили поступление в Саратовский университет на единственный на тот момент медицинский факультет. Дед пошёл работать на завод, и через год или полтора отправился поступать снова, уже как рабочий. Его приняли, и дальше у него по советским меркам всё было относительно благополучно. По советским меркам, но благополучно. Именно в таком порядке.

Так вот. Цвет кожи работой на заводе с лица не сотрёшь. Поэтому, не споря с отдельными частями разсуждения г-на Волкова, я бы поменял их местами. В общем и целом в США будет не ужас-ужас, но на индивидуальном уровне будут миллионы сломанных судеб. Именно в таком порядке.

Предположение salery о том, что, дескать, не устроят же они там массовое истребление людей, как это сделали большевики, без чего ужас ужас-ужасом не считается, является менее заслуживающим доверия, несмотря на оценку им экстремальных, то есть в принципе наименее вероятных, обстоятельств. Во-первых, в этой весёлой жизни разговор, начинающийся с реплики: "Но ведь не могут же они!" нередко оканчивается репликой: "Ой". Во-вторых, социальные технологии за сто лет развились, поэтому, вполне возможно, в ряде случаев те же задачи можно решить без истребления. Иных людей, быть может, не убьют, но психологически обработают так, что станет стыдно за род человеческий. В-третьих, мы можем не заметить множества смертей, если они случатся в результате какого-нибудь вакцинирования, например. Кстати, подозреваю, что при нынешнем развитии печатного дела на Западе вакцины можно сделать расово избирательными. Кстати, в РФ у задержанных демонстрантов, как сообщалось, помимо прочего берут образцы генетического материала. Обычная процедура, да. А что не в замену, а в дополнение к снятию отпечатков пальцев, так это ещё ни о чём не говорит. Именно в таком порядке.
El juez Garzón

Ленин сегодня

Политики и политиканы, за редким исключением, обращаясь к массам, не говорят о том, чего хотят они сами. Иногда о своих подлинных желаниях пробалтываются эмоциональные маньяки вроде Гитлера или Ленина. Но это вскользь, в особенных ситуациях, которые ещё нужно заметить. Основная же масса высказываний соответствует "повестке дня". Если в стране явно не хватает свободы и законности, то политики будут говорить о демократии. Если явно не хватает ощущения, что каждому воздаётся по делам его, то будут говорить о социальной справедливости. Если нация унижена, то будут говорить о реванше. Это всего лишь способ привлечь к себе внимание и вызвать доверие. И не более того. Не существует вообще никакой гарантии, что между заявляемым и желаемым существует хоть какая-то связь. Положение дел может быть и противоположным. Вспомним всем известный пример из школьной программы. Нас всех этому учили и учат до сих пор - вопрос по этой теме есть в ЕГЭ по истории. Мы все об этом знаем.

Цитирую:

Collapse )

Конец цитаты.

С некоторыми оговорками можно сказать, что представленный корпус требований концептуально аналогичен современному представлению о необходимых демократических преобразованиях в РФ. Социалистическая партия требует народовластия. Какие вопросы? Вопросы появились после 1917 года, когда эта же самая партия полностью уничтожила всё то, в стремлении к чему ранее клялась. Уничтожила и зачатки народовластия, и гражданские свободы, и независимую от государства экономику. К примеру, в том же документе, Программе РСДРП от II съезда, говорится о необходимости "Отмены всех законов, стесняющих крестьянина в распоряжении его землей". В реальности была проведена тотальная национализация земли; крестьяне не только не укрепили своё право распоряжаться землёй, но и вообще юридически и фактически его лишились.

Более того, большевики уничтожили все другие социалистические партии, включая своих бывших однопартийцев - меньшевиков, причём всех, до кого смогли дотянуться, уничтожили физически. Это не означает, что другие социалистические партии на их месте поступили бы иначе. Напротив, думаю, что как минимум меньшевики и левые эсеры сделали бы то же самое, в том числе с большевиками. Такая уж это была публика. Далее большевики начали уничтожать друг друга (на самом деле они приступили к этому ещё в ходе Гражданской войны). И уничтожали, пока, наконец, не кончились. Маньяк не способен остановиться и перестать совершать преступления. Маньяк никогда не скажет: "Дотяну до двадцати убитых и съеденных, и "завяжу". Он будет продолжать своё дело, покуда его не остановят. Большевики и продолжали.

А ещё они, придя к власти, первым делом разгромили подпольную сеть гражданской поддержки социалистов - пересажали людей, которые и их, в том числе, прятали на квартирах от полиции, которые помогали им деньгами и прочими действиями. Революционеры, придя к власти, первым делом должны уничтожить революционеров. Ведь те умеют делать революции, а это теперь опасно для новой власти. Даже слуг прежнего режима революционерам можно уничтожать не в первую очередь, ведь после революции это просто неудачники, то есть лица не опасные. А вот других революционеров и всех, кто их поддерживал, новой власти нужно нейтрализовать срочно. Когда решитесь помогать революции, помните об этом. Не говорите, что Вас не предупреждали.

Такая случается разница между тем, что политики заявляют как свои цели, и тем, что они собираются сделать в реальности. Если кто-то говорит Вам, что он хочет демократии, победы над коррупцией и честных судов, это не означает, что он действительно этого хочет. Это означает, что он считает, что этого хотите Вы. То, что в РФ демократическая и анти-коррупционная повестка дня давно и активно используется для дискредитации правящего режима, означает, что в массе своей народ РФ хочет демократии, готов жить по честно принятым законам и выполнять решения легитимных судов. Народ этого хочет. Анти-демократический режим, существующий в РФ, объективно нелегитимен. Но это нисколько не означает, что того же, что и народ, хотят оппозиционеры. Чего они хотят на самом деле, мы рискуем узнать слишком поздно.

Но можно попробовать догадаться.

В 1917 году власть над бывшей Россией захватили, если не вдаваться в детали, евреи. Они составили новую элиту страны, уничтожив элиту прежнюю. Для евреев этот процесс связан с именем Ленина.

Примерно в ходе и после 1937 года начался постепенный, частично репрессивный, частично естественный процесс вытеснения евреев из элиты СССР. Для евреев этот процесс связан с именем Сталина. Поэтому многие советские евреи боготворили Ленина и ненавидели Сталина. А русских ненавидели за то, что русские, якобы, сталинцы - на том основании, что часть мест в элите, освобождённых от евреев, досталась выходцам из русских.

В 1991 году евреи смогли взять реванш, и снова вернуть РФ под свой контроль. При этом активно использовались демократические настроения общества. Тут им, правда, не повезло - Израилю понадобились новые граждане, и пост-советских евреев стали запугивать погромами, в результате чего многие из них уехали. Поэтому на полноценную элиту оставшихся евреев не хватило. Однако многие ключевые и наиболее доходные места остались за ними. Игры в демократию при этом закончились менее, чем через два года после смены власти. Закончились тоже кроваво, как Вы помните. Демократия для русских евреям не нужна точно. Даже в страшном сне.

В начале 2000 годов путинцы начали процесс отъёма ряда ключевых позиций у евреев. В конечном итоге речь шла, ни много, ни мало, о стратегическом контроле над 12% площади земной суши. Вероятность того, что специалисты по мелким пакостям из КГБ могли самостоятельно задумать операцию такого масштаба и значения и решиться на неё, я считаю равной нулю. Путинцев кто-то сориентировал. Кто - не знаю. Но кто-то серьёзный и проживающий не в РФ. С грехом пополам путинцы сумели отобрать у евреев в свою пользу многое интересное. После этого они стали у евреев врагом №2 после Сталина - по той же самой причине, что и Сталин. Русские при этом заняли в мифологии, созданной евреями, устойчивое место сталинце-путинцев, в реальности имея ко всему этом отношения не больше, чем американские индейцы к бомбардировке Хиросимы.

Что дальше? А дальше матч-реванш: "Заберём РФ взад!" То есть, повторим 1917 и 1991 годы. Противниками евреев при этом являются даже не путинцы, а те, кто их когда-то сориентировал. Но поле боя здесь, у нас. Политические технологии те же, что в 1917 и 1991 годах - опора на демократические настроения общества. Задачи те же. Ничего нового.

Примерно с конца XIX века в России явственно оформился устойчивый вектор - стремление русских к народовластию. Этот вектор по сию пору тянет нас пойти куда-то и сделать что-то. Наше желание это объективная политическая данность. Ветер дует, огонь горит. Русские хотят свобод и законности. Этот ветер постоянно дует в наших широтах уже примерно полторы сотни лет. Есть люди, которые умеют ставить на этот ветер свои паруса. Вот и вся политика. Она такая уже полторы сотни лет.

Мы стихия. Мы не можем приблизиться к цели, выбирая сторону в чужой войне. И идея "сплотиться вокруг Путина", и "борьба с антинародным режимом под флагами демократической оппозиции" одинаково безплодны. Наш ветер лишь крутит чужую мельницу, на которой перемалывают наши кости.

Я не знаю, как ветру стать человеком, и можно ли сделать это вообще. В данный момент я могу предложить одно. Не дуйте в чужие паруса и мельничные крылья. Дуйте мимо. А лучше всего надувайте в свой карман. Сейчас это единственно разумная стратегия.