bantaputu (bantaputu) wrote,
bantaputu
bantaputu

Categories:

Солженицын

Третий или четвёртый день стоит дождливая погода. Льёт, пасмурно, холодно. Не удивлюсь, если какой-нибудь борзописец додумается, что это "небо оплакивает Солженицына, великого писателя земли Русской".
"Великий писатель", на мой взгляд, именно как писатель весьма посредственен, ничем не выдаётся из довольно широкого ряда советских писателей его поколения. Не обратись он к политизированной "лагерной" теме, никто бы его особо и не заметил. Как публицист он редкостный зануда - я не помню у него ни одной небанальной, остроумной мысли. К тому же чувство меры в словоблудии у него напрочь отсутствовало. Равно, как и настоящее художественное чутьё. "Архипелаг" - "опыт художественного исследования". :) Мрак. Как исследователя-историка пусть его судят профессиональные историки, но, подозреваю, они Солженицына за своего не считают. А сочинителей толстых томов на околоисторические темы у нас пруд пруди.
Тем не менее, есть одна область, в которой Солженицын замечателен, как редкостная, уникальная фигура. Других, подобных ему, я не знаю, по крайней мере, в русской публицистике. Он был фантастический, исключительный неудачник.
Этот человек несколько десятилетий, планомерно и методично, упорно, не щадя сил, времени и даже рискуя жизнью (помним о по крайней мере одной почти достоверной попытке его убийства, осуществлённой КГБ) боролся с Советской системой. Поскольку всякая власть так или иначе персонифицируется в ком-то конкретном, можно сказать, что он, по существу, боролся с советско-партийной номенклатурой и бандой КГБ. Именно у них он отобрал бы власть и, возможно, свободу и жизнь, будь на то его воля. Для этих людей Солженицын был настоящим врагом, без скидок. Он хотел бы задушить их - они были не прочь поступить также с ним. В какой-то момент, спасая, видимо, самих себя от возвращения соблазна убийства, они выслали его вон.
Бодался себе телёнок с дубом, дуб стоял прочно - что в этой истории? Ничего особенного. (Во всяком случае, ничего такого, что имеющий вкус человек стал бы расписывать на бесчисленном множестве страниц, как это сделал наш герой). Так и остался бы Солженицын одним из многих своей борьбой ничего, по сути, не значивших в истории нашей страны диссидентов и не заслужил бы моего поста, если бы судьба не приготовила ему нечто вполне необыкновенное.
Время, как мы знаем, шло, и для свиней, управлявших нашей "Фермой животных", пришла пора вставать на задние ноги. Все, кроме совсем молодых, прекрасно помнят это время, поэтому не стану о нём подробно распространяться. Суть в том, что та самая группа людей, с которыми боролся Солженицын, решила, наконец, что пора начать владеть тем, что они столь долго охраняли. Им захотелось кушать чёрную икру не маленькими, а большими ложками, и открыто, а не втайне от народа. Чтобы реализовать свой план, им понадобилось убедить овец, которым долгое время рассказывали, что "четыре ноги хорошо, две ноги - плохо", в обратном. Для этого в конце 80-х годов в СМИ и ряде издательств была развёрнута масштабная антисоветская кампания, цель которой состояла в том, чтобы выработать у людей условный рефлекс на слова "Сталин" и "социализм", примерно такой же, какой уже выработан на слова "Гитлер" и "нацизм". Замечу, что суть предмета никого не интересовала - важно было достичь пропагандистской цели любыми средствами. И они своего добились в масштабах, оказавшихся достаточными для изменения социального строя и присвоения собственности Советского народа.
Не стану скрывать, тогда я был совсем молод и глуп, что происходит - не понимал года примерно до 1991-го, и тоже поддался на пропаганду, давившую на глаза и уши куда сильнее, чем в своё время реклама МММ. Тем противнее вспоминать о том времени.
Тогда в ход пошли все имевшиеся в распоряжении пропагандистов средства - ложь о советской жизни, восхваление жизни Запада, нелепые, полностью оторванные от действительности "экономические" бредни, и, конечно, рассказы о коммунистах, как о племени людоедов. И в определённый момент в игру вступили сочинения Солженицына.
Из копилок КГБ тогда были извлечены, видимо, вообще все диссидентские писания, наполненные ненавистью к Советской власти. Чем больше было в тексте ненависти, тем лучше он шёл в дело. Тогда выплыл "Пир победителей", вообще сохранившийся только в архиве КГБ (так что здесь мы точно знаем, чьей работой была публикация произведения). Тогда был разрешён к публикации и "Архипелаг ГУЛАГ", ставший, по всей видимости, главным "бревном" в костре, на котором жгли Советскую власть. И успешно сожгли, как мы знаем.
Таким образом, всё то, что антисоветское литературно-публицистическое движение долгое время копило и нарабатывало, потом и кровью скапливало, в надежде в один прекрасный день обрушить всё это на голову Советов, или, хотя бы, подточить их здание, как капля точит камень, было использовано теми самыми людьми, против которых и боролись диссиденты, и использовано в самых ни на есть пошлых целях - ради личного обогащения. И Солженицын оказался первым в незавидном ряду людей, использованных, подобно кондомам, чьи казавшиеся почти неисчерпаемыми силы, чьи храбро прожитые жизни, чья беззаветная борьба пошли даже не кошке под хвост - такого в мире хватает - а на пользу их заклятым врагам. Он стал первым в ряду самых фантастических неудачников, каких я только знаю. Первым среди тех, над кем судьба посмеялась в полный голос.
Именно этой своей уникальностью Солженицын, собственно, и интересен. Этим и заслужил мой пост.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments