Путин - он же почему-то не разговаривал с тобой ни разу. Вот принципиально отказывался. И это неспроста. Он суеверный. Может, ему кто-то наговорил, что если ты сначала обнимаешься с субъектом, а потом ему в голову бомбы кидаешь, то это плохо для твоей кармы? Ну, как у Саркози или Берлускони с Каддафи вышло. Убить они его убили, но потом за ними полиция пришла. Это точно карма, иудин поцелуй. Ну, по крайней мере Путин может в это верить, оттого и не берёт трубку - чтобы не зашквариться. Значит, точно плохое задумал, аспид. Тут со страху мову забудешь.
С другой стороны, можно напасть и проиграть, и это плохо - "свои" могут вперёд ногами вынести. Но можно и выиграть, и это ещё хуже. Куда потом девать все эти тербаты? Ну, порешат они москалей, а дальше куда пойдут? Кто столько музычек угомонит? Может, конечно, их там положат всех - и дай Б-г. Но если нет? Кто-то их точно наймёт. Кто? Кто эта крыса?
С третьей стороны - а что делать? Следующие выборы нужно выигрывать. Терять власть на Украине нельзя; сам же сейчас Порошка сажаешь. Чтобы точно выиграть выборы, нужно всех "зачистить", а это можно чётко и быстро сделать во время войны. Хунвейбинов на улицы, пусть москальских шпигунов ловят, а профессионалов по дачам пустить, под видом ограбления. Но эти же... Они же улетели все. Смылись. Уроды; как их теперь ловить? Твою же ж мать...
С четвёртой стороны, оставшимся в Киеве "патриотам" ещё меньше веры. Для чего они остались? Кого из них Путин купил? Так поедешь на командный пункт фотографироваться, а друг закадычный из помещения выйдет, а телефон включённый оставит. Есть, конечно, глушилки, но они точно работают? Хоть сам ходи и проверяй. И прилетит ракетка, прилетит. И умрёшь среди свиных рыл. Не для того тебя еврейская мама родила, не для того.
Чёрт, нельзя так. Нельзя. Нужно успокоиться; ночь уже. Где порошок? Вот он; а что это? Это кошка - она всё разсыпала, тварь! Убить шерстяную стерву. Придётся нюхать с пола. Ну, да ничего, не впервой. Я парень крепкий, вообще-то, они меня не возьмут. Не выкусят. Сволочи. Уроды. Ну, вот так-то лучше, да. Так хорошо.